
Когда говорят ?механическая обработка осуществляется?, многие сразу представляют себе просто станок и стружку. Но на деле это лишь верхушка айсберга. Частая ошибка — сводить всё к выбору режимов резания, забывая, что обработка начинается гораздо раньше, с оценки самой заготовки. У нас в цехе, особенно когда работаем с крупными поковками для валов или обечаек, первое, на что смотришь — не на чертёж, а на структуру металла после ковки и отжига. Бывало, привезут заготовку, вроде бы по химии всё в норме, но если отпуск провели с перегревом или неравномерно охладили, то при точении пойдёт волна, поверхность ?рвётся?. И вот тогда вся запланированная механическая обработка осуществляется впустую, деталь в брак. Поэтому для нас эта фраза — это целая цепочка: от качества исходной поковки до финишного прохода резцом.
Возьмём наш опыт на ООО ?Цзиюань Юйбэй?. Годовой объём в 5000 тонн поковок — это не абстрактная цифра. Это значит, что ежемесячно через цех проходит несколько десятков крупногабаритных деталей. И прежде чем механическая обработка осуществляется на горизонтальных токарных станках, заготовка должна пройти подготовку. Электрошлаковый переплав (ЭШП) на нашем оборудовании даёт хорошую плотную структуру, но дальше — ковка. Вот здесь первый нюанс: осадка под прессом должна быть рассчитана так, чтобы волокна металла пошли вдоль будущих нагрузок. Если поковку для фланца неправильно сориентировать в прессе, потом при обработке могут вскрыться внутренние дефекты.
После ковки — отжиг. Казалось бы, стандартная операция. Но для разных марок стали — 40Х, 35ХМФА, 09Г2С — свои режимы. Печи, конечно, с программным управлением, но технолог всегда лично сверяет график нагрева и время выдержки. Помню случай с партией валов из 34ХН1М: вроде бы всё по регламенту, но при обдирочном точении резцы начали быстро затупляться. Стали разбираться — оказалось, в одной из печей датчик температуры давал погрешность в +15°C, и отжиг прошёл при заниженной температуре, твёрдость осталась выше расчётной. Пришлось всю партию отправлять на повторный отжиг. Потеря времени и ресурсов. Вывод: механическая обработка осуществляется нормально только тогда, когда все предыдущие этапы под контролем.
И вот только после этого заготовка попадает на участок токарной обработки. Но и здесь не всё сразу на чистоту. Первая операция — черновая, обдирка. Её задача — снять дефектный слой (окислы, возможные поверхностные раковины) и выявить скрытые проблемы. Часто именно на этой стадии становится ясно, была ли ковка качественной. Мы иногда шутим, что обдирочный станок — это ?диагност? всего кузнечно-прессового участка.
Наши горизонтальные токарные станки — рабочая лошадка. Когда начинается чистовая обработка, тут уже в полной мере механическая обработка осуществляется по всем канонам: подбор резцов, подачи, скорости. Но каноны в учебниках и в цехе — немного разные вещи. Например, для обработки жаропрочных сплавов после ЭШП мы используем не стандартные твёрдые сплавы, а преимущественно керамику или CBN-инструмент. Но и это не панацея. При длинной тонкой детали (скажем, вал длиной 4 метра) главным врагом становится не стойкость резца, а вибрация.
Борьба с вибрацией — это отдельная история. Тут и центрирование в люнетах, и подбор оптимальной частоты вращения шпинделя, и даже последовательность проходов. Бывало, что для подавления вибрации приходилось сознательно занижать скорость резания, что противоречит рекомендациям по повышению производительности. Но лучше сделать медленнее, но получить класс шероховатости Ra 1.6, чем быстро, но с ?огрехами? на поверхности. Для ответственных соединений, например, посадочных мест под подшипники качения, это критично.
Ещё один практический момент — охлаждение. При обработке крупных поковок масса металла огромна, тепло от резания хорошо отводится самой деталью. Поэтому иногда мы работаем практически ?насухую? или с минимальной подачей СОЖ, в основном для удаления стружки. А вот при финишных операциях, где важна точность размеров до 6-7 квалитета, температурный фактор становится ключевым. Деталь и станок греются, тепловое расширение вносит погрешность. Приходится делать технологические перерывы, давать остыть, или заранее закладывать температурную поправку в размер. Это то, что в нормативных документах пишут мелким шрифтом, а в цехе постигается на практике.
Многие думают, что после токарного станка деталь готова. Но часто механическая обработка осуществляется в два захода, с промежуточной термообработкой. У нас на производстве есть электрические печи для улучшения (закалка+высокий отпуск). Допустим, сделали черновую обработку вала, оставили припуск 2-3 мм на сторону, затем — улучшение для получения требуемой твёрдости и структуры сорбита. И вот здесь кроется ловушка.
После закалки и отпуска деталь может ?повести? — возникнут деформации, коробление. Особенно для изделий сложной или асимметричной формы. Поэтому при разработке техпроцесса нужно заранее предугадать, как поведёт себя металл, и оставить достаточный, но не избыточный припуск для последующей чистовой обработки. Слишком маленький припуск — рискуешь ?недобрать? размер после правки; слишком большой — увеличиваешь время обработки и расход инструмента. Этот баланс приходит с опытом. Для стандартных деталей мы уже наработали свои эмпирические нормативы, которые часто отличаются от книжных.
После термообработки следует финишная токарная (а иногда и шлифовальная) обработка. Это уже ювелирная работа. Режимы резания щадящие, чтобы не вызвать прижогов или остаточных напряжений, которые сведут на нет всю пользу от улучшения. Контроль твёрдости после обработки — обязателен, потому что перегрев на финише может локально ?отпустить? металл.
Основное оборудование, которое указано на сайте компании — это не просто список. Каждый агрегат имеет свой характер. Гидравлический ковочный пресс позволяет получать качественные поковки, но требует от кузнеца понимания пластичности металла при разных температурах. Нагревательные печи — если в них неравномерное температурное поле, то и прогрев заготовки будет неравномерным, что аукнется при последующей обработке.
Горизонтальные токарные станки. Со временем в них появляются люфты, износ направляющих. Для грубых работ это терпимо, но для чистовых — нет. Поэтому у нас график проверки геометрии станков — святое. Но даже на идеальном станке результат зависит от оснастки. Правильно подобранные и закреплённые планшайбы, кулачки патрона, центры — залог точности. Однажды была проблема с биением в 0.1 мм на длинной детали. Перепробовали всё, сменили резцы, режимы. Оказалось, дело в мельчайшей стружке, попавшей в коническое гнездо заднего центра. После очистки — биение ушло. Мелочь, а остановила работу на полдня.
Таким образом, фраза ?механическая обработка осуществляется? упирается в состояние парка станков и смежного оборудования. Регламенты технического обслуживания — это не бюрократия, а необходимость. Потому что простоя из-за поломки в разы дороже, чем плановый осмотр и замена изношенной шестерни или подшипника.
Так что же такое механическая обработка в условиях реального тяжелого машиностроения, как у нас в ООО ?Цзиюань Юйбэй?? Это не алгоритм, а постоянный процесс принятия решений. От технолога, который составляет маршрут обработки, до оператора станка, который на слух и по виду стружки определяет, что резец притупился или режим подобран не оптимально.
Это умение читать не только чертёж, но и металл. Понимать, как поведёт себя та или иная сталь после ковки, как она отреагирует на нагрев и резание. Это внимание к деталям, которые в теории кажутся незначительными: чистота центровых отверстий, состояние кулачков патрона, равномерность подачи СОЖ.
Поэтому, когда я слышу или пишу ?механическая обработка осуществляется?, я всегда мысленно добавляю: ?при условии, что всё остальное тоже осуществлено правильно?. От качества шихты для ЭШП до последнего прохода резца. Только тогда из тонны стали получится точная и надёжная деталь, готовая к работе в составе какого-нибудь ответственного узла. А это, в конечном счёте, и есть цель всего нашего производства.